Библиотека ЛГБТ-сети
"Мы здесь!" - Трансгендерные люди о важности видимости
Тим Бесцвет


31 Марта - международный день видимости Трансгендерных Персон.

Это день, когда мы громко заявляем о дискриминации, с которой сталкиваются трансгендерные люди по всему миру. Говорим об их достижениях в борьбе с трансфобией и вкладе в жизнь мирового сообщества. И, конечно же, мы чествуем всю ту смелость для того, чтобы жить открыто.

Это день гордости, признания и поддержки для всего транс-сообщества.

Мы поговорили с трансгендерными активистами и активистками о видимости, её важности и делимся их историями. 


Алан, 26 лет. (Он/Его)

Меня зовут Алан, мне 26 лет, 7 из которых я живу в согласии со своим гендером и 4 из которых являюсь открытым трансгендерным человеком.

  • Что для вас “видимость”?

Видимость - это то, что казалось мне поначалу самым опасным фактором для сообщества на свете, а затем - самым мощным оружием по борьбе с насилием и ненавистью вокруг, с отсутствием осведомленности касательно жизненно важных вопросов. 

Видимость - это когда ты не вызываешь шока и  часто неуместных личных вопросов; когда твоя принадлежность - не вздор, не повод убить или ударить; когда ты можешь получить грамотную медицинскую помощь; когда другие люди видят, что ты - такой же человек, как и они сами.

  • Как вы проводите 31 Марта? 

Для меня каждый день, как 31 марта, так что данный день мало чем выделяется для меня лично, но я ценю этот день, как весьма значимый для моего сообщества.

  • Страшно ли говорить о себе открыто?

Сравнивая свой опыт с тем собой, который никогда и ни за что бы не раскрылся - нет, не страшно. Страшно быть закрытым. Открытость - это свобода, которая открывается тебе постепенно. Сначала страх открытости заполняет тебя полностью, но каждый шаг вперед открывает тебе новые пространства себя и мира вокруг, страх отступает и приходит свобода.

Каждый открытый трансгендерный человек приближает своим примером свободу и уют остальных. 

  • А что бы вы хотели сказать комьюнити? 

Я хотел бы сказать людям из сообщества и тем, кто нас поддерживает - огромное спасибо за всю проделанную на данный момент работу. 

Мы меняем мир, понемногу, но уверенно к лучшему. Не бойтесь быть собой, бойтесь - не быть.


Айрис, 28 лет. (Она/Они)

Меня зовут Айрис, мне 28 и я - небинарная трансфеминная персона. Я рано осознала свою идентичность, но путь к настоящему принятию себя и началу свободной жизни дался мне непросто. . 

8 лет я шла на поводу у страха признать себя, заявить о себе перед обществом, перед близкими и знакомыми. Это было ужасной ошибкой - но также и важным уроком. 

  • Что для вас “видимость”? 

Для меня видимость - это сама основа существования чего бы то ни было - в социальном смысле этого слова. Видимость - это когда вас видят. Замечают, берут в расчёт. Вы появляетесь в чужих умах, в чужом поле зрения - а значит, появляетесь и в социуме. Без этого же вас словно бы и нет - для общества, по крайней мере.

И именно это и делает видимость настолько важной. Пока вас нет - как социальной группы - нет и ваших проблем. А как можно решать "отсутствующие" проблемы?

Если у каждого, абсолютно каждого человека на земле будет пример трансгендерной персоны пред глазами - будь то близкий знакомый или действительно реалистичный и живой персонаж в любимом сериале - что-то изменится. Разумеется, не решатся разом все проблемы - но будет сделан первый и самый важный шаг.

  • Как вы проводите 31 Марта? 

Этот день важен для меня и потому я стараюсь сделать хоть что-то. Выйти на одиночный пикет или хотя бы просто погулять с небольшой "вывеской", приклеенной к куртке. Стараюсь донести, до всех, кто готов слушать, что вот она я, вполне трансгендерная и совсем не страшная. Что вообще-то нас много. Больше, чем вы думаете. Что вы почти наверняка видите нас каждый день - просто не знаете об этом. Что мы всегда есть рядом, и мы - фундаментально такие же.

  • Страшно ли говорить о себе открыто?

Для меня - да. Всегда было. Однако больше меня это не останавливает. Страх НЕ_говорить - куда сильнее.

Страх, что тебя "раскроют", страх ошибиться. Вечная, неугасающая тревожность. Я 8 лет варилась в этом котле - и я не хочу туда возвращаться.

  • А что бы вы хотели сказать комьюнити?   

Т-сообщество нередко меня очень приятно удивляет. 

Именно здесь чаще, чем где-либо ещё, люди готовы протянуть руку помощи незнакомому человеку. Именно тут я вижу множество ярких и добрых личностей, готовых менять что-то в этом мире, людей с открытым мышлением, людей вдохновляющих и способных вести за собой. 

Именно в нашем сообществе я вижу их чаще, чем где либо ещё. Поэтому, единственное, чего мне хотелось бы пожелать - это просто двигаться дальше, "так держать". 

Мне правда хотелось бы чуть больше единства. Ещё чуть больше. Например, всё чаще я вижу попытки стереть небинарных, или недисфоричных, или еще каких т-людей из сообщества. Это грустно. Как по мне, у нас и без того слишком много проблем, чтоб тратить силы на подобные распри.


Саша, 23 года. (Он/Его)

Меня зовут Саша Фишман, мне 23. Я - активист, графический дизайнер. 

  • Что для вас “видимость”?

Видимость  – шанс не выбирать между «хочу» и «могу», своим будущим и спокойствием близких. Нормальная для большинства, но чудовищно редкая для «невидимок» возможность  почувствовать себя нормальным. Билет в жизнь без вины, стыда, презрения к себе и бесконечных саморазрушения и обмана. Видимость для кого-то – сама возможность жить. 

Кажется, в таких случаях не должен вставать вопрос о необходимости информирования населения и помогающих организациях и специалистах. «Мы есть» иногда равно «мы имеем возможность быть».

  • Страшно ли говорить о себе открыто?

Сейчас - нет. Но я очень долго бегал от себя, откладывал те или иные решения, спотыкался о самые незначительные сложности, сомневался, боялся и закрывался. 

Было страшно найти себя, но потерять все: вылететь из социальной текучки, столкнуть близких с общественным неприятием или прямыми угрозами, рисковать здоровьем пожилых родных или романтическими отношениями.

Не страшно стоять с плакатом в центре Москвы, не страшно бежать от полиции или возить передачки в спецприемники, но страшно предъявить документы  – все еще старые. И объяснять. 

Страшно, но с каждым месяцем все меньше: «трансгендерный человек» перестает быть невиданным зверем в информационном поле.

  • Вы близки с мамой? Она поддерживает вас?

Да. Но конечно, между нами не все и не всегда было гладко. 

Почти десять лет разговоров, слез, скандалов, злости, обид и непонимания. Страх и боль – из взаимного страха сделать друг другу больно. Когда после обследования в 18 я звонил матери сообщить счастливое «мне разрешат», услышал в ее голосе разочарование. И на комиссию просто не приехал.

Я надеялся забыть, забить, перебороть, вытравить «неправильное» в себе. Наверное, все слышали: «Ну че ты на этом вообще зациклился, ты человеком хорошим будь, займись серьезными вещами и не выдумывай». 

Детский самообман: если закрыть глаза, бабайка исчезнет. Взрослая реальность: если игнорировать проблему, придется разгребать в два раз больше. Самоотчуждение, формализация контактов, депрессия, панические атаки, селфхарм, РПП – самоотрицанию я предавался тщательно и плодотворно. 

В 14, 16, 18 я слышал от матери раздраженное "не прощу, если ты пойдешь на это". 

В 21 - "я верю тебе и хочу, чтобы ты был счастливым". Когда я сам уже опустил руки и перестал во что-либо верить, мать подставила мне самое крепкое и теплое плечо.

  • Как “видимость” т-сообщества повлияла на твою жизнь? 

Куча материалов, часто разрозненного и неточного, разбросанного по сети и прочитанного мной,  позволила, возможно, мне сейчас просто жить и отвечать на эти вопросы.  

Ребята, говорящие о своем опыте открыто, их родители, друзья, специалисты – смогли донести до моих близких информацию и знания, даже о тех аспектах, о чем напрямую у меня самого не хватило сил и смелости.

  • А что бы вы хотели сказать комьюнити? 

Надежда начинается с простого осознания, что ты не один, что есть те, кто готов поделиться и разделить, что общество потихоньку открывает глаза, а  счастье в итоге все-таки возможно.